Кабинет               Психолога

gallery/psi1

Мне недостаточно иметь правоголоса, право собственности, если я не могу быть полноправной хозяйкой своего тела.

 

суфражистка Люси Стоун, 1855 г.

Мне, пожалуйста, помясистее

О чем Вы сейчас подумали? Неужели не о Ким Кардашьян?! Вы о ней не знаете? Тогда Вам моя статья совсем ни к чему. О чем говорить с людьми, которые не знают поп-идолов?!

Те, кому это имя знакомо наверняка уже догадываются о чем пойдет речь в данной статье.

Итак, каноны красоты или бодипозитив против фитоняшек.

 

gallery/3-5

Бьюсь об заклад, листая новостную ленту, Вы то и дело наталкиваетесь на фото «рекордсменок»: то есть «железных» леди, грудастых и попастых инстадив, ну и просто идеальных богинь. Они есть во всех ракурсах, разной степени раздетости, но всегда максимально непохожи на реальных людей.

 

Кто нибудь видел у себя в зале такую инстаграмную фитоняшку? Я, если честно, нет. А ведь она где-то тренируется! Или все таки нет?

 

Давайте-ка вначале разберемся, а кто такие фитоняшки, и о чем нам говорит появление этого движения. Но вначале краткий исторический экскурс.

 

Любое изменение в моде связано с социальными и экономическими потрясениями. Когда-то давным-давно (и очень-очень долго), пока еда считалась роскошью, а полнота уделом богачей, чтобы считаться красивой надо было быть мягкой. И все! Никаких тебе терзаний из-за складок на животе, целлюлитной попы, рыхлых икр и обвислой груди. О благословенные времена! Женщины тогда не страдали анорексией и булимией. И даже, возможно, были довольны собой. Идеальной талии добивались корсетом, грудь, благодаря ему же, призывно вываливалась напоказ, а тяжелые бедра и ноги прятались под кринолином.

 

И вдруг после столетий увлечения пышками мода повернулась лицом к более или менее подтянутому телу. В ХIX веке в мир пришел ампир и демократия. А вместе с ними и модели платьев а-ля античные тоги. Силуэты стали более облегающими, а корсеты и кринолины сменили нижние юбки. Но главное, в моду вошла близость к народу, буржуазное происхождение, а значит и более стройные формы. Ну не могли революционеры из низов быть безобразно толстыми.

 

В начале ХХ века в моде произошли дальнейшие изменения. Увлеченность декадансом и унисексом: короткие волосы, укороченные юбки, плоская грудь, томный взгляд. Несчастный бледный вид служил признаком голубой крови и невыносимой скуки. Хотя думаю и потомственных болячек из-за пьянства и сексуальной несдержанности тоже хватало. Несмотря на то, что в бога верили все поголовно, к заповедям прислушивались далеко не все, и соблюдали их чаще всего простые крестьяне и мещане. Новая мода требовала стройных ног и впалых щек (розовощекие и упитанные барышни не могли быть загадочными в нужной степени). И женщины сели на диету.

 

Затем в мир пришло женское движение. Дамам захотелось прав. Женщины стали получать профессиональное образование и вышли на работу. В тот момент работать для женщины было скорее правом, чем обязанностью. И женский костюм всячески подчеркивал ее новое рабочее положение. Нагрянувшая Первая Мировая война лишь дала женскому движению развернуться в полную силу. Так что стройность (война — лучшее время для диеты) и костюм (а не платье), стали символом активной гражданской позиции.

 

Вторая Мировая война серьезно повлияла на восприятие человеком его тела. Все предыдущие годы люди постепенно стройнели. Конные прогулки, велосипед, теннис, гольф, поло — спорт, а значит и подтянутое тело, был уделом богачей. И вдруг экстремальная худоба стала практически нормой. Никому не хотелось вспоминать голодные годы, жертв концлагерей и жестокую войну. В моду вновь вошли пышные формы и женственные наряды. Корсеты, летящие юбки. В меру упитанное тело стало эталоном. Идеалом как для строителей коммунизма, так и приверженцев капитализма стала пышногрудая и крутобедрая дива с тонкой талией и изящными щиколотками. Отличная фигура для выполнения основного женского предназначения: вынашивания, родов, кормления и ухода за ребенком между работой.

 

Годы шли. Еды становилось все больше, а значит популярности пышных объемов пришел конец. В моду вошли худышки. Вот когда женщины действительно столкнулись с проблемами. Потому что модной стала фигура, почти несуществующая в природе. Широкие плечи, большая грудь, узкая талия, узкие бедра и длинные ноги. Этакий перевернутый треугольник. Более того, оказалось, что у женщин есть целлюлит и кариес, и с ними надо бороться.

 

Боже! За что?! Почему у мужчин жировые отложения называется трудовой мозолью, комком нервов или подушкой безопасности? Ну это отступление, потому что психологам не чужды человеческие эмоции.

 

Ну вот, приближаемся к нашим временам. Слава пластической хирургии: грудь делать мы научились, липосакцию тоже. Чем больше на пляжах становилось красоток с большой грудью, тем становилось понятнее, что этим уже никого не удивишь. Доступная роскошь никого не влечет.

 

И вот начинает проклевываться движение бодипозитива. Вообще-то вначале оно даже не думало так называться. Просто вдруг в моду вошли относительно короткие ноги (за счет кроя с заниженной талией) и широкие бедра. А уж затем подтянулась философия принятия своего тела вне зависимости от его объемов. Что произошло? Лично я считаю, и кажется Александр Васильев, известный историк моды, тоже об этом говорит, что дело в возвращении моды на Восток.

 

Такое уже было, когда Османская Империя и турки играли огромную роль на политической арене. И вот на нашем веку на политическую сцену вышел Ближний Восток, нефтяное чудо Дубая и второй мусульманский ренессанс. Как Вы знаете, на Востоке всегда ценился и танец живота и устойчивая женская фигура. Вот когда на сцене появляются Ким Кардашьян и Ники Минаж. Нет, они не сразу взлетели на Олимп. Дорогу им пробивали и Дженнифер Лопес, и Рианна, и Бейонсе. Их вначале карьеры за выдающиеся ягодицы шеймили, но они не сдались. Можно сказать, что это они стояли у истоков движения бодипозитива. То есть любви к своему телу.

 

Движение конечно интересное. Принимать свое тело хорошо. Любой психолог скажет Вам, что адекватная самооценка и самопринятие играют важнейшую роль в нашей жизни. Именно они определяют наши ожидания, наши успехи и нашу возможность найти и сохранить любовь. Однако, становясь приверженцем определенного движения, сложно оставаться толерантным к другим движениям и идеям.

 

В связи с чем у меня к бодипозитиву два вопроса:

1. Почему быть упитанным хорошо, а худым уже плохо? То есть анорексия действительно болезнь. Но не все худые люди анорексики. И уж точно нельзя поливать грязью или записывать в сумасшедшие людей, чей вес стремится в минимально допустимому. Особенно старанно видеть подобные действия от людей, которые говорят о принятии. Человек, который по-настоящему принимает себя, довольно легко принимает других. Принятие себя через агрессию к другому, поднятие своей самооценки за счет снижения чужой, - это непринятие.

 

2. Второй вопрос, относится к странной высокой востребованности пластической хирургии среди поклонников бодипозитива. От того, что в погоне за модой, мы теперь стали вставлять импланты не только в грудь, но и в ягодицы, да еще удалять заодно парочку ребер, мы не стали больше принимать свой Образ Я. Просто идеальный образ нашего тела деформировался.

 

Не мне одной пришли в голову эти мысли. И вот тогда, всего-то пару-тройку лет назад, в моду вошли фитоняшки. Спорт — это здоровье. Спортивное тело красиво. Движение фитоняшек обещает попу как у Ким, но за счет приседов, плюс идеальный пресс (ну а про грудь, давайте не будем - нет ничего эффективнее силикона). Что для этого надо? Ну, как минимум 3 занятия в неделю с индивидуальным тренером, естественный (не из солярия) загар, экологичное и белковое питание и время на селфи. То есть, чтобы быть фитоняшкой, надо работать фитоняшкой. Временные затраты колоссальные. Про денежные молчу. Собственно, все это тоже одна из причин тренда. Напомню, тренды задает элита, для того, чтобы отличаться от плебеев. Времена меняются, но психология людей нет.

 

И вот у нас два тренда, оба говорят о здоровом отношении к себе и своему телу. И при этом оба готовы на все, чтобы изменить это самое тело. Оба требуют серьезных финансовых, личностных и временных вложений, а также ресурсов на поддержание формы. Оба применяют инновационные, но спорные технологии. Представители обоих движений говорят о том, что все это делается для себя, а на самом деле стремятся к созданию идеального медийного образа.

 

И самое смешное то, что в реальности имидж фитоняши и гламурной дивы не отличим. Зная анатомию и законы перспективы, легко понять, что большинство фото до и после сделаны за один час. Что над образом работали профессионалы, и что, несмотря на мейкап и грамотное позирование, перед нами фотографии людей, далеких от совершенства. И возникает вопрос, что это тогда за противостояние искусственности против театральности? И почему нам стоит ориентироваться на эти образы, как на эталоны?

 

А что Вы об этом думаете?